• Грязный Блогга

Евро-2014 в картинках. Часть 13: Вадуц, Лихтенштейн.

ЗАГАДКА, КУРИЦА И ЯЙЦО


Если ты, мил человек, считаешь, что «гульнуть» – это баня, водка, икра и гармонь, то в этой части тебя ждет жестокое разочарование. Пришла пора приобщаться к высокому, т.е. навестить музейные залы, что никакой гармони, естественно, не предполагает, а только лишь гармонию.


Но начать, все-таки, следует с замка, столь небрежно названного «домом» в предыдущей части. Потому что Замок Вадуц – это основа или, как говорят, суть, зерно и изюминка Лихтенштейна. По меркам местных замков Вадуц достаточно молодой: примерно XII или XIII века рождения. Но рожден был малышом-крепышом и в основании имеет стены 4-метровой толщины. Посмотри на свою комнату и представь стену, которая шире неё. Представил? Вот именно. Но даже такие толстые стены не спасли Вадуц от швейцарских троглодитов, воевавших с не в меру наглым Максимилианом. Троглодиты покоцали несчастный замок почти полностью, поэтому красоту наводить пришлось практически с нуля. Но не будем говорить плохо про Макса, потому что именно он в 1507 году предоставил Вадуцу право сбора налогов и суверенитет. Уже в XVII веке Вадуц раздобрел и приобрел западную сторону, которая и видна каждому прохожему со стороны города. Раздобревший замок показался князю Лихтенштейнскому годной покупкой, и в 1712 году князь приобрел его по сходной цене. Укрепившись таким образом на этой земле, через 7 лет князь объединил Вадуц и Шелленберг (прикупленный за 13 лет до Вадуца) с неоценимой помощью императора Карла IV. 1719 год и стал годом образования княжества Лихтенштейн. Исторически страна до сих пор делится на две части – Оберланд (с центром в Вадуце) и Унтерланд (с центром в Шелленберге). А замок тем временем продолжал помаленьку реконструироваться и достраиваться.



Закончилась эта вялотекущая строительная шизофрения трезвым расчетом и хэппи-эндом. В конце XIX века князь Иоганн II решил, что для княжеской семьи надо отстроить достойную резиденцию и бросил всю мощь лихтенштейнских ресурсов на модернизацию замка. Мощи оказалось, правда, недостаточно, и Иоганн не дождался того светлого дня. Франц Иосиф II (Опять второй! Как немец – так первый, как лихтенштейнец – так обязательно второй, экая дискриминация.) продолжил и завершил дело своего предка, окончательно изменив облик замка, и в 1938 году под звуки фанфар (а вот вам и гармонь!) торжественно ввёз туда на постоянное поселение княжескую семью.


Нынче в замке проживает две семьи, как вы поняли: семья князя и семья его наследника, полноправного управителя. Но нам интересен замок вовсе не этим, а его содержимым. Внутри, в запасниках-чертогах, хранятся уникальные сокровища и красоты. Коллекция князя насчитывает более полутора тысяч шедевров самых известных живописцев (если вам, конечно, что-то говорят такие имена, как Рембрандт, Рубенс, Леонардо да Винчи). Оно и понятно – князь вполне обеспеченный мужчина (его состояние оценивают в два миллиарда долларов). И он не был бы таким обеспеченным, если бы разбазаривал все свое добро. Именно поэтому увидеть всю коллекцию могут только специалисты по специальным пропускам (при личном одобрении князя). А для остальных показывается только небольшая часть, причем, каждый год эта небольшая часть обновляется, и никогда не угадаешь, что будет давать князь на следующий год, какой шедевр ему захочется поднять, а что надежно припрятать обратно. В этом смысле коллекция князя – одна из самых интригующих в мире. Именно ее мы и отправляемся смотреть к подножию замка в Музей искусств. А замок постоит и без нас. Тем более, что попасть в него можно только один раз в год: 15 августа, когда празднуется национальный праздник образования государства (так счастливо совпавший с днем рождения Франца Иосифа Второго).



Но гулять без дамы? Пардон муа, это, товарищ, моветон. К счастью, дама здесь всегда наготове. Она разрешает смотреть и даже трогать руками. Хотя я на твоем месте, мусье, поостерегся бы: не ровен час, встанет.


Глядя на эти выпуклые глаза, я сразу понял, что сия дама мне знакома. Подхожу ближе и читаю на табличке, что она принадлежит Музею искусств. Гхм, мне не важно кому она принадлежит, коли уж лежит принародно и легкодоступно. Мне важно… Ага, вот оно: «Отдыхающая женщина», бронза, 1993, автор – колумбиец Фернандо Ботеро!



Не нужно было обладать особенно крепкой памятью, чтобы вспомнить, где я уже его видел. Точнее не Ботеро видел, а его Женщину. Конечно же, в Москве! В Музее им. Пушкина (но не в главном здании, а в том, которое сейчас называется Галерея искусства стран Европы и Америки XIX-XX вв.). Только московская дама – не отдыхающая, а «Женщина с зеркальцем». Именно по зеркальцу я её и узнал.



Эти глаза, устремленные к рукам художника, ни с чем не перепутаешь. Разве что вадуцкая леди вся ровненькая, такая пригоженькая, что не сразу и поймешь, чем именно привлекает прохожего (нет, всё понятно, но что конкретно?),



а по московской моментально видно её основное достоинство.

В общем, ежели увидите где ещё ботеровскую Женщину, передавайте ей от меня низкий поклон и крепкое руко(или чего там еще)пожатие.



Вот так всегда: идёшь культурно просвещаться, а сводится всё к женщинам. Пардон, вернёмся к музеям. В Лихтенштейне их – четыре штуки. Музей лыж я как-то сразу отложил до следующей поездки, а вот в музей марок зашёл, благо вход бесплатный. Фотографировать там особенно нечего, кроме входа, но можно маарок накупиить… Где вы, филателисты? Здесь вам обещан рай земной, не вру.



Да, терпения у меня хватает. Предвкушение дивной коллекции Князя приятно сосет под ложечкой и урчит над нею же. Час знакомства близок. Это я так думал. А на самом деле меня коварно подстерег Облом №2. В Музее искусств мне бодренько так сообщили, что Князева коллекция (вернее, та малая её часть, которая выставляется) нынче обретается в Вене (как ни странно, в замке Лихтенштейн). Судя по всему, моя реакция не очень обрадовала работницу музея. Сначала она лихорадочно ощупала себя, проверяя, не забыла ли надеть бронежилет. Похоже, результаты проверки ее не слишком утешили, после чего дамочка начала щебетать неестественно писклявым голоском, что небольшая часть от небольшой выставляемой части сейчас показывается в Москве (это были фламандцы), и если я поспешу вернуться в свою Россию, то успею посмотреть на несколько картин коллекции. Возвращаться так быстро в Большой План не входило (забегая вперед, скажу, что в Москве я успел-таки сходить на фламандцев – даже два раза – и у нас еще будет повод в следующих частях вернуться к коллекции князя Лихтенштейна). Не входила в него и Вена. Пришлось вздохнуть, успокаивая служительницу и покорно купить билет за 15 франков (650 рублей) сразу в два музея: Музей искусств и Национальный музей.


Музей искусств (оригинальное название – Kunstmuseum Liechtenstein) теперь принято называть Музеем современного искусства, что после переезда картин в Вену стало соответствовать содержимому. Вот только там запрещается использовать профессиональную фототехнику. И хотя я, конечно, пытался объяснить, что мой «Никон» – самый что ни на есть любительский, а не профессиональный, но персонал к этому моменту уже успел, похоже, напялить «броники» и стоял насмерть. Пришлось сдать бедолагу в камеру хранения.


В музее с 16 мая по 31 августа давали выставку Lens-Based Sculpture, т.е. по-русски говоря, «Трансформация скульптуры через фотографию». О, этот дивный фотомир скульптуры. И чего там только не было: инсталляции и скульптуры, фотографии и синематограф, моделирование и кинематика, кровь и плоть, тело и душа, механизмы и люди. Надо признаться, что я позорно попался на провокацию. Захожу в зал, а там перед скульптурой сидит мужичок. И ничего, казалось бы, особенного в нем нет – усталый такой, довольно грузный мужичок, сидит на стуле, втыкает в искусство. Вот только одна деталь мне в нем не понравилась: у его ног стоял кофр. Нет, даже не эта, потому что сиротливо стоящий кофр я бы пережил. Но у него на коленях спокойненько так лежал «Кэнон»!!! Представляете себе уровень цинизма?? С «никонами» не пускают, а с «кэнонами» – добро пожаловать! Я человек культурный: только зубами скрипнул. Но на выходе не удержался и сделал колкое (как мне тогда показалось) замечание, что вот мол, сидит там мужик с «Кэноном», а вы только глазами хлопаете, клушки. Глубину своего падения я осознал буквально через несколько секунд, когда выяснилось, что это не мужик, а экспонат – скульптура, мать его ети. Пришлось бежать обратно и смотреть в глаза: да, обычная чурка, но как живая. Ох уж эти художники-скульпторы, доведут же когда-нибудь до цугундера.


А скульптуру, на которую пялился этот высокохудожественный экспонат, я все-таки сфотографировал (его не стал принципиально: уж больно сильно этот мужик меня обидел). Айфоном. Сами понимаете, что о качестве вспоминать не приходится. Автор – Ron Mueck (родился в 1958 году в Мельбурне, ныне проживает в Лондоне). 2009. «Still Life» (или «Еще живая»).



Сами понимаете, впечатлений у меня хватило по горлышко, но ноги согласно купленному билету тянули меня в Национальный.



Национальный музей Лихтенштейна тематически разделен на шесть частей: Защита, Правление, Празднование, Работа, Поселения и Пользование природой. Все для настоящего краеведа.


Я начал с Защиты. Прямо скажу, что это самый интересный раздел выставки. В этих залах показывается, кто и что защищает в Лихтенштейне. Самый главный защитник, разумеется, князь Ханс Адам Второй или попросту Адам. Смотрел я на его портрет, смотрел и всё думал: «Это я один такой маньяк, которому в перекрестии веток свастика мерещится, или он действительно похож?»



Что защищать, тоже понятно – княжество Лихтенштейн.



И замки, само собой (в данном случае – Гутенберг).



Далее шла комната со следующими по ранжиру защитниками. Вот второй по значимости после князя. Запечатлен в тот неловкий момент, когда он въезжал в Иерусалим на правительственном ишаке.



Ну и не без защитниц, понятное дело. Только мне кажется, что она тоже запечатлена в не самый удачный миг своей жизни: за секунду до падения с этого странного скейтборда. Хорошо видно, что уже из последних сил равновесие удерживает.



Но самое эффектное изображение защитника номер два знаменует пик его недолгой карьеры среди живых. Тут спору нет – впечатляет.



Вполне уместным в разделе «Защита» смотрится яйцо. Ведь в нем, как нам известно, таится жизнь – она же смерть. Даже у Фаберже. Если честно, то вот такие скромные (почти строгие) творения яичного мастера мне нравятся больше, чем аляповатые и расфуфыренные.



Надо сказать, что отряд защитников меня сумел-таки удивить арьергардом: Казанская Божья матерь. Матерь, как ты-то сюда попала?! А вы еще берёзкам пытались удивиться.



И венец, как говорится, всему делу конец. Главный символ защиты перед вами: Корона Лихтенштейнского Княжества.



В разделе «Правление» были снова князья, оружие и шапки. Вот одну шляпу я сфотографировал. Запомните её: еще не скоро, но речь пойдёт о таких вот шляпах более подробно. Просто держите её в голове (на голову надеть всё равно не получится).



Празднование отметилось национальными костюмами, посудой и… Нет, ребята-демократы. Я это должен показать. В общем, для тех, кто не понимает инглиш – это кусочек Луны и флажок Лихтенштейна на этой самой Луне побывавший вместе с «Аполло-17». Презентовал Лихтенштейну такой миленький сувенирчик Президент Соединенных Штатов Америки Ричард Никсон в 1973 году. Хотя, мне кажется, что кусочек Никсон сотоварищи могли бы и побольше выбрать, чтобы в лупу не рассматривать: то ли пожидились, то ли делили на все страны пропорционально их территориям.



В разделе Работа – ткацкие станки, плуги и прочие причиндалы пролетариата. Привлекает внимание трехметровая модель тоннеля (недостроенного) через Рейн. Если у вас есть время, сходите, посмотрите на него. Должно быть интересно: он и по сю пору существует (в законченном и натуральном виде, соединяя Лихтенштейн и Швейцарию). На радостях я даже засунул в модель жало объектива.



Поселения – камушки, наконечники, черепки. Знаете, хлопцы, нас этим не проймешь. Тем более, что Большой План включал в себя… Э, опять я вперед забегаю. Короче говоря, дары археологических раскопок в разделе «Поселения».


Пользование природой – чучела птиц, животных и прочих гадов, коих в Лихтенштейне оказалось весьма значительное количество. Но фотографировать чучела – не моя стихия. Разве что, тряпочные чучела оленей на лестнице. Это да, повышает градус радости очень весомо.



Теперь и вы знаете почти все, что известно мне о Лихтенштейне, его защитниках, правлении, праздниках, работе и т.п. А бонусом – сам Лихтенштейн, уменьшенный в 10 000 раз. Вот такой он, северный олень.



Нетерпеливый читатель уже десять фотографий назад начал меня толкать локтем, мол, когда же загадка будет. А сразу на выходе. Кто-нибудь из вас сумеет догадаться, что изображено на снимке? Если будет сложно ответить, то следующая фотография сойдет за толстую подсказку. Ответ будет в самом начале следующей части. Итак, что же это?



Вот и подсказка. Все видно в отражении, осталось только понять. И если вы думаете, что молодые азиаты имеют к отгадке прямое отношение, то…



Когда я вышел на улицу и посмотрел на часы, то понял одну простую истину: музеи – идеальные убийцы. Убийцы времени. Любого, даже Шанхайского.



Вот теперь уже точно – ужинать и гулять. И пусть нам кидают на головы из замка куриные кости, наше настроение от этого не ухудшится. Даже один день в раю – это уже много.




<<< Евро-2014 в картинках. Часть 12: Лихтенштейн.


>>> Евро-2014 в картинках. Часть 14: Шаан, Лихтенштейн.

©2019 BLOGGA. Сайт создан на Wix.com